Пожарный обоз в 1920 году. Бер Черфас

Пожарный обоз - термин для нас непривычный, но вполне понятный. В начале ХХ века, когда ещё не было пожарных машин, основной тягловой силой в борьбе с пожарами была лошадь. В больших городах это была четвёрка лошадей, в маленьких - одна лошадка. В интернете я нашла такое описание выезда на пожар. 

Выезд пожарной команды на пожар был эффектным и зрелищным. Под тревожный звук сигнальной трубы, разгоняющий прохожих, пожарный обоз, во главе с брандмейстером, восседавшим верхом на коне, на полном галопе, вырываясь из депо, мчался по булыжным мостовым. Стремительная вереница повозок, впереди которой неслась четверка передового хода, подгоняемая арьергардом, катила под грохот снаряжения и цокот копыт. 

Одноконный бочечный ход (реконструкция). Фото с сайта fire-truck.ru

Режицкое вольно-пожарное общество в начале века было гордостью города. Депо находилось на улице Пожарной, а вернее, улица получила название благодаря пожарному депо с возвышающейся над ним пожарной каланчой, игравшему немаловажную роль в жизни города. 

Режица. Депо вольно-пожарного общества. Фото из фейсбука.

А вот что писал о Режицком вольно-пожарном обществе составитель “Буклета-справочника”  И.О.Венедиктов в 1911 году.

“Гордостью деревянного города была городская земская пожарная команда со своим оркестром, игравшая в городском парке у церкви по праздникам, и вольно-пожарное общество”. 

Разительным контрастом выглядит положение общества через девять лет. В 1920 году пожарная команда осталась безлошадной и влачила жалкое существование. Большевики, отступая, уехали из города на пожарных лошадях, которых на тот момент было шесть, а заодно прихватили и оборудование. Лошадей приходилось брать у военных и у жителей города. “Жители города, владевшие лошадьми, при ударе в набат должны были являться к пожарному депо с лошадьми, сбруей и дугой”. Лошадки эти не отличались лихостью, выезд на пожар был далеко не таким бравым, как это описано выше. 

Печальная картина того, что творилось на пожарах и в каких условиях приходилось работать пожарной команде, воссоздаётся из протоколов заседаний думы. Приведу несколько выдержек из протоколов 1920 года. 

“В последнем пожаре в ночь с 19 на 20 сего сентября пожарные за неимением порядочных лошадей не могли поспеть скоро к пожару, едва притащив инструменты, и поэтому частная публика и солдаты, собравшись в большой массе, напали на пожарных, многих избили, стреляли из винтовок, причинив некоторым поранения, правда несерьёзные”. 

“Пожарное общество может закрыться, если не будет обеспечена безопасность пожарных дружинников. Критика деятельности пожарного общества, даже если бы она была верна, в данном случае совершенно неуместна и безусловно вредна, так как она может подбодрить насильников”. 

“О положении пожарного общества. К недавнему пожару лошади из комендатуры были доставлены столь усталыми, что не могли везти бочек. Между тем общество слышит нарекания – и даже получает официальные порицания за несвоевременное прибытие на пожар. Вольнопожарное общество должно будет ликвидироваться, если не будут приняты экстренно надлежащие меры”. 

Евреи Режицы принимали активное участие как в создании вольно-пожарного общества, так и в дальнейшей его работе. Учредителем общества в 1875 году был Эльях Шапиро. Начальником пожарной команды - брандмейстером, с 1892 года - дантист Бер Гецелевич Черфас. 

Бер Гецелевич Черфас. Фотография из Альманаха 1939 года.  

О Бере Черфасе мне известно очень мало. Родился он в Режице в 1874 году, то есть стал брандмейстером, когда ему было 18 лет. Года его смерти я не нашла, известно только, что в 1939 году, когда вышел Альманах, его уже не было в живых.  В 1919 году он жил на улице Свободы 52 (в 1919 году так называлась Большая Люцинская, современный Латгальский проспект), в этом же доме жил провизор Д.Черфас (его брат?). 

На сегодняшний день нет уже ни старого пожарного депо с каланчой, ни Пожарной улицы, с 1964 года это улица Юрия Тынянова. 

Использованы материалы из следующих источников: 

ЛГИА - ф.3806-1, дела № 87, 88, 242 

Сайт fire-truck.ru 

Книга В.В.Никонова “Резекне перед третьим пришествием” 

History of Jewish Rezekne by Esther Rechtschafner

Здание Городской Управы

 

Здание Городской Управы в 1930-е годы

До Второй мировой войны это здание украшало центральную площадь города. Оно находилось на аллее Атбривошанас в том месте, где эта улица разделяется на два рукава, образуя посередине небольшой островок (сейчас на нём стоит памятник Мары). Оригинальное здание с башенкой по центру и двумя разновеликими крыльями - левое почти двухэтажное, а в правом только один этаж - имело интересную историю. 

Это была почтовая станция, другое название - конная почта (zirgu pasts). Тут нельзя не вспомнить А.С.Пушкина и его станционного смотрителя - “Кто не проклинал станционных смотрителей, кто с ними не бранивался?”. Очертания старинных почтовых станций можно и сейчас разглядеть в некоторых придорожных постройках по всей территории бывшей Российской империи. 

Наша станция была построена в 1836 году на тракте Санкт-Петербург - Варшава. В то время она находилась за пределами городка. Но так случилось, что в сороковые годы 19 века на этой станции останавливался сам император Николай I. Царь счёл целесообразным дальнейшее развитие города в этом направлении и пожертвовал капитал в 40 тысяч рублей для выдачи из него ссуд на возведение здесь построек. Так с высочайшего благоволения началась застройка местности по другую сторону от речки Режица, а со временем сюда переместился центр города и Петербургское шоссе стало его главной улицей, получившей название Большой Николаевской. 

В латвийское время здание было перестроено, и с 1927 года оно стало домом городской управы. Помимо управы здесь находились кинотеатр, библиотека, городская амбулатория и музей. А с башни городской управы туристам предлагалось полюбоваться живописными видами города. 

К сожалению, нам уже не дано полюбоваться этими видами, да и самим домом тоже, он был разрушен во время Второй мировой войны. На его месте построили современное здание Резекненской думы. 

Современное здание Резекненской городской думы 

Название улицы многократно менялось - это было и Петербургское шоссе, и Интернациональная улица, улица 1 Мая, улица Ленина. 

Спасибо Илмару Пилиниеку за интересные подробности из истории здания и улицы. 

Предвыборный список партии “Бунд” 1922 года

 

Список кандидатов в Режицкую городскую думу при выборах в сентябре 1922 года от
Еврейской социалистической рабочей партии “Бунд”. 
ЛГИА фонд 3806-1, д.166.   

Этот пожелтевший листок привлёк моё внимание, когда я усердно и увлечённо искала в архиве  материалы, касающиеся моего дедушки Ефима Григорьевича Гродзинского. В то время я не предполагала, что мои интересы выйдут за пределы семьи и другие фамилии попадали в мои записи поскольку постольку. Так и этот документ заинтересовал меня не перечисленными в нём людьми, а потому что он был написан рукой моего деда - дорогая реликвия, и я его сфотографировала. Когда же стала писать о еврейской Режице, поняла, что список может быть интересен не только членам моей семьи, и я решила его опубликовать. 

Несколько слов о том, что такое Бунд. Воспользуюсь трактовкой, которую даёт этой партии Борис Волкович в книге “Сионистское движение Латвии”. Бунд - партия марксистского толка, но его идеологи толковали марксизм с учётом специфического положения крайне бесправного и гонимого еврейского пролетариата и были в конфронтации с большевиками. Партия прочно стояла на позициях демократического социализма, отвергая большевистский тезис диктатуры пролетариата. Неприемлема для бундовцев была и ключевая идея сионизма - создание государства на земле отцов. Большевики обвиняли бундовцев в национализме, сионисты - в отходе от еврейских национальных интересов. Бундовцы же считали утопией как коммунизм, так и сионизм. Они полагали, что еврейский вопрос должен решаться не в подмандатной Палестине, а в стране проживания. Несмотря на то, что Бунд, как и другие левые партии Латвии, находился под подозрением, он был представлен как в Конституционном собрании (Satversmes sapulce), так и в Сейме. После улмановского переворота партия продолжала существовать, но уже нелегально. Бундовцы были ярыми сторонниками языка идиш.   

Список, о котором идёт речь, был представлен в предвыборную комиссию в сентябре 1922 года, выборы состоялись 10 декабря 1922 года. Это были вторые думские выборы в Режице, предвыборных списков было 17, и в них был 481 кандидат. Список Бунда числился под № 5. К сожалению, я не отметила в своих записях, кто из кандидатов Бунда прошёл в состав думы.  

Список интересен тем, что в нём указаны профессии и адреса. Я присоединила к этим данным немного дополнительной информации, то, что смогла найти.  

Гродзинский Ефим Григорьевич, врач, Двинское шоссе № 16. 


Это мой дедушка и сведений о нём в этом блоге много. Здесь же только отмечу, что в дальнейшем Ефим Григорьевич вышел из Бунда и вступил в Фолкспартей, идеология которой была ещё более радикально демократической - эта партия отвергала классовую борьбу.     

Голембо Йосиф (возможно Йосель) Менделев, портной, Волковская улица № 11.


Родился в Режице 4 января 1884 года. Отец - Мендель Вульф, мать - Буним, жена - Сара Ривка (ур. Арьев). Дети: Мовша,  Лейб (погиб в 1942 ок. Старой Русы), Хая.   

Савлова Мириам Хацкелева, акушерка, Большая улица № 34. 


Убеждённая и верная Бунду участница, член правления  Резекненского отделения партии. Продолжала работать в Бунде и тогда, когда партия ушла в подполье. В 1936 году фигурировала в секретном донесении охранки как неблагонадёжная (список членов Общества охраны Здоровья Евреев ОЗЕ). Родилась в Режице в 1892 году.  

Каган Переч Абрамов, торговец, Малая Люцинская  № 10. 


Родился в Режице 21 марта 1888 года. Холостой.   

Донде Саул Борухов, торговец, Большая улица № 21.  

Московский Хаим-Лейб Лейзеров, слесарь, Набережная № 8.  


Родился 29 декабря 1883 в Режице. 

Копман Шефтель Лейбов, заготовщик, Малая Люцинская № 8.  

Родился в Люцине в феврале 1887 года. 

Шейбел Давид Авсеев, слесарь, Двинское шоссе № 1. 

Левин Нохум Шлемов, торговец, Большая улица № 10.  

Райхруд Борух Гаврило Нохом Йоселев.  

Родился в Режице в 1856 году. 

Сильня Израиль Рафалович, живописец, 1-ая Солдатская № 29. 


Родился в Режице в 1885 году.  

Дымант Шмуил Ициков, маляр, Плекшинская № 20. 


Родился в Режице в 1882 году.  

Серебро Завель Тевелев, заготовщик, Большая улица № 34. 


Родился в Режице 26 января 1892 года. Мать Хана. Жена Дина.   

Рибояд Исаак Йоселев, живописец, Большая улица № 27. 


Родился в Риге 17 сентября 1887. Жена Сара Роха.   

Для лучшей ориентации приведу современные названия упомянутых в списке улиц (справочник  Илмара Пилиниекса "Rēzekne: pilsēta un tās vietu vārdi" ).  

 

Двинское шоссе - южная часть современной Атбривошанас аллеи.   

Волковская улица - часть улицы Дарзу (Садовой).  

Большая улица - современная Латгалес (в разные годы называлась также Большая Люцинская, 15 Мая, 17 Июня).  

Малая Люцинская - улица Лудзас.  

1-ая Солдатская - современная Кулдигас.  

Плекшинская - улица Андрея Упита. 

Связанные посты: 

Евреи в Режицкой думе. Первые выборы. 

Первый год работы думы, демократия и Splendid Palace. 

Девять портретов еврейских гласных 

Девять портретов еврейских гласных

 

Резекненская Дума и Управа 1926 - 1929 г.г. 
Фото из архива Латгальского культурно-исторического музея опубликовал Каспар Строд 

Перед нами коллаж с портретами деятелей Режицкого самоуправления - думы и управы. Похоже, что фотография эта уникальная - единственная, на которой запечатлены члены городского самоуправления. Девять из них - еврейские гласные и члены управы. Мне бы хотелось рассказать о каждом, но сведений, которые я собрала по различным источникам, оказалось не так уж много. Возможно, что кто-то из читающих увидит здесь своих родных или знакомых, напишите о них в комментариях или мне лично. Это могут быть самые незначительные факты или штрихи, которые порой рассказывают о человеке больше, чем официальные сведения.  Режичане (и не только), подключайтесь!

Ефим Гродзинский 

 

Доктор Ефим Гродзинский (мой дед) был гласным Режицкой городской думы всё время её существования - с 1920 по 1934 год. В первую думу он баллотировался от Еврейского демократического блока, и был её первым председателем. Объединившиеся перед выборами демократы, сионисты и беспартийные очень скоро разругались, единства между этими группами не было, да и не могло быть. Когда Ефим Григорьевич почувствовал, что не может больше опираться на доверие всей общины, он попросил снять с себя обязанности председателя. Он продолжал оставаться гласным и, как правило, товарищем председателя. На вторых выборах в думу, в 1923 году, Гродзинский возглавлял список Еврейской социалистической рабочей партии Бунд, в последующие годы баллотировался от Идише Фолкспартей и Еврейского левого блока. 

Ефим Григорьевич Гродзинский умер в марте 1934 года, за два месяца до того, как дума прекратила своё существование. 

Мовша Кульман 

 

Мовша Гиршевич Кульман в 1920 году баллотировался в думу от Еврейского демократического блока. В последующие годы он не примкнул ни к одной из групп - ни к сионистам, ни к демократам, ни к беспартийным - и шёл на выборы самостоятельно. Название его списка бывало разным - Беспартийный общественный деятель, Kuļmaņa saraksts (Список Кульмана). 

"Беспартийный Общественный деятель" 
Наш кандидат - Мовша Гиршев Кульман 

Это кандидатский список к выборам в думу 1922 года. Из него мы узнаём, что в это время Мовше Гиршову Кульману было 52 года, он занимался торговлей и жил в доме № 3 по Сафоновской улице. Последний раз Кульман баллотировался в думу в 1929 году, тогда ему было уже 59 лет и жил он на улице Виенибас (Вокзальная) 16. 

Мовша Кульман был, должно быть, очень уважаемым членом Еврейской общины. Он был её управляющим, и в 1921 году община хотела доверить ему ведение метрических книг, отказываясь выбирать общественного раввина. По приказу свыше раввин был-таки выбран. 

Я попыталась узнать что-либо о дальнейшей судьбе М. Кульмана, но ничего не нашла. Похоже, что перед войной Кульманов в Резекне не было (судя по проекту “Евреи Латвии. Имена и судьбы” ). 

Ицхак Плинер 

 

Плинеров в Режице было очень много, и не все они были родственниками. В первой думе 1920 года был Бер Плинер, был ли он в родстве с Ицхаком я не знаю. Ицхак Плинер баллотировался в гласные в 1925 и 1929 году как беспартийный служащий (вошёл в состав думы только в 1925-м). Помимо того, в течение шести лет он был служащим городской управы - кассиром. В 1932 году И.Плинер был уволен за многочисленные недостачи, но в 1934 году Латгальский областной суд признал его невиновным. 

Родился Ицхак Плинер в Режице в 1863 году. В 1928 году выезжал в СССР. 

 

Загранпаспорт Ицхака Плинера, выданный в 1927 году.

Ицхака Плинера можно увидеть и ещё на одной групповой фотографии - в честь пятилетия Еврейской гимназии в 1926 году. Он сидит на почётном месте - в центре, рядом с директором гимназии Абрамом Бару. Очевидно, он был членом школьного совета, а возможно и возглавлял его какое-то время. 

Соломон Лурье 

Соломон Лурье был гласным думы с 1929 года. Беспартийный. Был предпринимателем, владел совместно с М. Эткиным обществом “Лурье и Эткин”. 

Фото из Альманаха 1939 года.

Соломон Лурье - уроженец Режицы, родился в 1892 году, его отца звали Кальман Мовша. Жил по улице Сколас 10 - 2.  В 1941 году Соломон Лурье был репрессирован, умер в Вятлаге в 1943 году. 

Хаим Файнштейн 

 

О Хаиме Файнштейне мне почти ничего не известно. Избирался в думу он в последние созывы, в конце 20-х годов. Занимался торговлей.  Родился в Лудзе в 1885 году. Отец - Йосель Ноах, мать - Песя. Убит в 1941 году. 

Кусиель Калманович 

Лесоторговец Кусиель Калманович был лидером сионистского блока. В думу избирался во все годы её существования, был также и членом правления управы. Это, безусловно, была очень яркая и деятельная личность, его имя нередко встречается в газетах того времени, правда, многие из этих публикаций связаны с думскими скандалами (подкупы голосов, финансовые махинации, давление на инакомыслящих). Мне не хочется писать о скандалах, остановлюсь на других моментах его активной деятельности. Когда в Режице началась работа по созданию еврейской гимназии, К.Калманович был среди энтузиастов, что видно из телеграмм, которые он отправлял в Ригу. 

4 марта 1921 года. “Два месяца общество ждёт. Дети на улицах. Культурная комиссия просит ускорить открытие гимназии. Сообщите телеграфно начало занятий, судьбу персонала, инвентаря, здания”.  

7 марта 1921 года.“Случайно трёхместные парты. Шестьдесят мест. Десять тысяч. Сообщите купить”. 

В “школьном споре” по открытию 2-ой основной школы Калманович рьяно отстаивал обучение на иврите. 

В 1929 году Кусиелю Калмановичу было 47 лет и он проживал в доме № 74 по Латгальскому проспекту. 

Давид Бер Кукля 

Давид Кукля был гласным думы с 1926 года. Баллотировался от Еврейской социал-демократической партии Бунд, а в последующие годы - по своему списку “Общественный деятель Давид Кукля” и от “Еврейского левого блока”. 

Мовша Магид 

 

Мовша Магид был гласным думы начиная с 1920-го и до своей кончины в 1929 году, когда ему было 59 лет. Он был учителем, преподавал еврейскую историю  и был последовательным поборником сионизма. Его, так же как Гродзинского и Плинера, можно видеть на фотографии в честь пятилетия Еврейской гимназии в 1926 году. 

Йосиф Дридзе 

 

Был избран в думу в 1926 году от народно-социалистической партии Цеирей-Цион. Фигурирует в секретном документе охранки - списке членов правления Общества Охраны Здоровья "ОЗЕ". Характеризуется как неблагонадёжный, левый. Родился в Режице в 1878 году, проживал в доме № 53 на Атбривошанас аллее. По данным охранки безработный, владелец деревянного дома. 

Связанные посты: 

"Первый год работы думы, демократия и Splendid Palace", 

"Евреи в Режицкой думе. Первые выборы"

Первый год работы думы, демократия и Splendid Palace.

После поста о выборах несколько эпизодов из первого года работы думы, а также немного о демократических веяниях, царивших в 1920 году в Латвии, и о том, как запечатлелись они в архитектуре Риги.

Верность принципам демократии была основой работы Режицкой думы. На первом заседании, сразу же после утверждения состава думы, председатель доктор Гродзинский выразил уверенность, что работа думы "принесёт пользу городу и всей демократии Латвии". Эта мысль подтверждается и в других официальных заявлениях. Мне показался интересным текст, даже не столько текст, сколько адресат приветственной телеграммы в честь второй годовщины независимости Латвии. Она была отправлена 18 ноября 1920 года Учредительному собранию, именно его считают "хозяином земли Латвийской", а не  Чаксте или Улманиса и от него ждут справедливых законов.  

"Режицкая Городская Дума, собравшись в торжественном заседании во вторую годовщину объявления независимости Латвии, шлёт хозяину земли Латвийской - Учредительному собранию Латвии от граждан города всех национальностей свои поздравления и пожелания закончить свой высший труд, обеспечив молодое государство Латвии справедливыми и хорошими основными законами и привести его к счастливой мирной жизни".

Демократические принципы не только провозглашались, но и осуществлялись. Одним из первых постановлений думы было решение печатать все воззвания, объявления, исходящие от администрации, а также таблички с названиями улиц на трёх языках - латгальском, русском и еврейском. (К сожалению, уже в 1925 году подобное объявление было напечатано на двух языках - латгальском и русском). Была узаконена работа еврейских лавок и магазинов по воскресеньям, а не по субботам. Неделя в еврейских школах, в том числе и государственных, начиналась с воскресенья и заканчивалась в пятницу,  дети не учились в еврейские праздники.

Объявление о подготовке к выборам в 1922 году. 

Соблюдение демократических принципов не всегда было лёгкой задачей. Интересы различных слоёв горожан, прежде всего богатых и бедных, были разными. Горячие споры нередко переходили в шум и ругань, из-за чего заседания приходилось прерывать. Несмотря на это, преодолевая натиск с разных сторон, дума принимала решения, не отступая от принципов демократии. 

Для подтверждения вышесказанного приведу два эпизода из протоколов первой Режицкой думы. 

Группа домовладельцев во главе с гражданином Паперным пришла на заседание думы с требованием уменьшить налог, назначенный им финансовой комиссией. Председатель ответил, что "дума выбрана всем населением города Режицы и представляет собой защитницу интересов всех слоёв населения". Этот ответ не удовлетворил гражданина Паперного и его единомышленников, крики и шум не позволили продолжать заседание. Работа думы восстановилась только после того, как домовладельцы покинули зал. В поддержку домовладельцев, уже в спокойном тоне, выступил гласный Мантейфель, он внёс предложение пополнить финансовую комиссию двумя членами от домовладельцев. Ему возразил гласный Смельтер, который указал на то, что недомовладельцев в Режице, по крайней мере в 100 раз больше, чем домохозяев, и в таком случае они имели бы право на включение в состав комиссии 200 членов. Предложение Мантейфеля было отвергнуто большинством (15 против 8). 

Второй эпизод связан с защитой еврейских гласных Гирша Эткина и Меера Поляка. Суть их вины из протоколов не ясна, понятно только, что городская управа передала префекту полиции протокол заседания думы, что было противоправно. Гласный Гродзинский (в то время он уже не был председателем) предложил взглянуть на проблему шире, считая, что речь тут идёт не только о защите гласных, но и думы, как таковой. Нельзя позволить городской управе и полиции ставить себя выше думы. 

"Никогда нельзя допустить, чтобы зависящая фактически от Думы полиция считала себя выше Думы - авторитетного выборного органа самоуправления. Тогда от демократичности ничего не останется. Ответ префекту может быть только один: руки прочь от городского самоуправления. Дума протестует против создавшегося положения и сумеет найти пути к защите своих законных прав". 

Демократический настрой Режицкой городской думы отражал перемены, происходившие во всей стране. Обретя независимость, не только латыши, но и другие народы, живущие в Латвии, были полны чаяний и надежд на лучшую жизнь. Верили лозунгам, что Латвия будет национально терпимой страной, где будет царствовать закон. "Латвия для всех жителей Латвии!". Зная  про последующие события (разгон сейма, запрет политических партий), с горечью сознаёшь иллюзорность тех надежд. Это было "торжество доброй утопии", - так охарактеризовал благие намерения первых лет историк Айварс Странга в статье "Латвия в 20 веке в контексте европейской истории". Но тогда, в начале 20-х годов, были основания для веры - происходили реальные демократические перемены, касающиеся национальных меньшинств. Латвия была многоголосной -  все говорили на своих языках и праздновали свои праздники, открывались национальные школы - в небольшой Режице были четыре государственные гимназии: латышская, русская, еврейская и польская.  Создавались национальные театры, выпускались газеты, в том числе и на идиш. 

Интересно увидеть, как демократический настрой 20-х годов отразился в архитектуре того времени. Мало кто знает, что означают две динамичные скульптуры у входа в кинотеатр Splendid Palace, который был построен в 1923 году. Это отображение легенды из истории Древнего Рима, смысл которой заключается в возможности примирения и сосуществования народов. 

В Риме было очень мало женщин, и вот римляне решили похитить девушек у соседнего племени сабинян. Они пригласили их с семьями, безоружных, на праздник и вероломно осуществили задуманное. Возмущённые сабиняне начали войну, которая продолжалась несколько лет. Во время решительной битвы, когда сабиняне уже почти одолели римлян, сабинянские женщины, уже ставшие жёнами римлян и имевшие от них детей, бросились на поле боя и примирили враждующих. И был заключён вечный мир, по которому два народа соединились в единый народ, у которого было два правителя - римский царь Ромул и царь сабинян Тит Таций. 

Историю кинотеатра Splendid Palace рассказала Ольга Дорофеева, подробнее о ней можно прочитать на портале "Русские Латвии".  

"Римляне и сабинянки" у входа в кинотеатр Splendid Palace

Сегодня вопрос умения сосуществовать всем народам, живущим в Латвии, остаётся таким же актуальным, а памятник примирения - загорожен безобразной бетонной конструкцией.   

Евреи в Режицкой думе. Первые выборы.

В прошлом посте я начала тему создания городского самоуправления в Режице в 1920-м году. В продолжение этой темы здесь речь пойдёт о выборах в думу, прежде всего, о выборах в первую думу, которая наполовину состояла из евреев, и о том, как в последующие годы приоритеты менялись и социальные интересы стали преобладать над национальными.  А также о том, что у городского самоуправления было не только начало, но и конец. 

Как и прежде, из вороха просмотренных документов я выбираю лишь немногие, которые показались мне интересными.  

Начну же с небольшой справки о городском самоуправлении, каким оно было в 20-30-е годы в Латвии и чем отличалось от такового в наши дни.  В то время не было мэрии, а были Дума и Управа. Дума была законодательным органом и ею руководил Председатель Думы, Управа - исполнительным, её возглавлял Городской Голова. (Мне нравится, что тогда все названия писали с заглавной буквы, но в дальнейшем буду придерживаться современных правил). Всё самоуправление формировалось демократическим путём - через выборы. Народ выбирал гласных (депутатов) думы. Дума выбирала городского голову и членов управы. Сегодня это кажется неправдоподобным, но это так, - дума в то время была общественной организацией - ни гласные думы, ни её председатель зарплату не получали, заседания происходили по вечерам, после работы. А вот управа - это было казённое учреждение, все её служащие получали жалование. 

Зарплата работников управы зависела от категории. Так например, зарплата городского головы в конце 20-х годов составляла 240 латов, городского врача - 170. Кроме зарплаты существовали ещё семейные надбавки на каждого члена семьи, находящегося на иждивении, которые выплачивала больничная касса. Существовала также латгальская надбавка. Документация в управе какое-то время велась на латгальском языке. Вот как выглядел титульный лист ведомостей о зарплате служащих городской управы. Зарплата - по-латышски - alga, по-латгальски - оlga. 

ЛГИА, ф. 3806-1, д. 2141

По законодательству управа подчинялась думе, дума составляла бюджет, управа должна была его исполнять. На обеспечении города находились следующие учреждения: полиция, электрическая станция, телефонная станция, типография, амбулатория, больница, пять школ, пожарный обоз, ассенизационный обоз, водоснабжение, богодельня и детский приют. 

Выборы в первую городскую думу состоялись 4 июля 1920 года. 

Обложка архивного дела о муниципальных выборах 1920 года. 

ЛГИА, фонд 3806-1, дело 166.

Перед выборами, в июне, Режицу потрясли антисемитские эксцессы, что ввергло город в атмосферу подавленности и страха, усугубив и без того бедственное положение после войны и революций.

В то время в Режице жили русские, евреи, поляки, латгальцы. Евреев в 1920 году было 4148 из общего количества жителей 10 тысяч. На первых выборах в думу чётко прослеживается национальный характер предвыборных списков. Выдвижение кандидатов проходило с учётом национальных квот, и каждая нация имела возможность отстаивать в думе свои интересы. Это было проявлением демократичности, которую провозгласили при создании Латвийской республики. В наше время, как мне кажется, это отстаивание национальных прав приобрело другой подтекст, оно стало агрессивным, враждебным, деструктивным.

На выборы в 1920 году было представлено восемь списков, из них четыре были еврейскими:

Еврейский демократический блок (получил 7 мест в думе), 

Идише Фолкспартей (6 мест), 

Бунд (1 место), 

Еврейская беспартийная группа (1 место).

Списки кандидатов гласных для выборов в Режицкую Городскую Думу в 1920 году. 
ЛГИА, фонд 3806-1, дело 164.

Из еврейских списков самым значительным по количеству кандидатов был Еврейский демократический блок. Он был очень разношёрстным - на эти выборы единым списком шли люди с совершенно непримиримыми взглядами - демократы, сионисты, беспартийные. Возглавлял его Ефим Гродзинский (демократ), который был избран председателем думы. Помимо названных четырёх списков, два еврея - Евель Гасуль и Абрам Хаит - были в ещё одном, нееврейском, списке - Домовладельцев и служащих, но они в думу не прошли.

Результат выборов был следующий: 8 латышей, 7 русских и 15 евреев. Председателем думы был избран еврей Ефим Гродзинский, товарищами председателя - латыш Альфред Скродер и русский Григорий Сурмонин. Пост Городского Головы остался за Иваном Лайзаном. 

В своей приветственной речи новоизбранный председатель поблагодарил Думу за доверие и честь и выразил уверенность, что дружная работа всей Думы, без различия национальностей, принесёт пользу и городу, и всей демократии Латвии. Гласные давали Торжественное обещание в преданности Латвии и её правительству, причём текст его был на латгальском языке. 

Торжественное обещание гласного думы 1923 года Ефима Гродзинского, он расписался под латгальским текстом на латышском языке. 
ЛГИА, фонд 3806-1, дело 92.

Потомкам режичан будут интересны фамилии гласных первой Режицкой городской думы 1920 года - евреев.  

1. Гроб Йосиф                  Идише Фолкспартей,
2. Гродзинский Ефим       Еврейский демократический блок (демократ),  
3. Дридзе Йосиф               Еврейский демократический блок (сионист), 
4. Кульман Мовша           Еврейский демократический блок (беспартийный, в дальнейшем шёл по своему списку, в котором он был один), 
5. Лифшиц Хаим Давид  Идише Фолкспартей, 
6. Магид Мовша               Еврейский демократический блок (сионист), 
7. Мамиоффе Моисей     Идише Фолкспартей, 
8. Мантейфель Моисей   Еврейский демократический блок (беспартийный), 
9. Нагля Йосель                Еврейский демократический блок (сионист?), 
10. Озбанд Мордух            Идише Фолкспартей,
11. Плинер Бер                  Еврейская беспартийная группа, 
12. Поляк Меер                 Еврейский демократический блок (сионист), 
13. Савлова Мириам         Бунд. 
14. Сильня Лейба              Идише Фолкспартей, 
15. Эткин Гирш                 Идише Фолкспартей. 
    

В последующие годы правила проведения выборов стали гораздо сложнее и увеличилось количество предвыборных списков, в 1922 году их было 17, а в дальнейшем - более трёх десятков. Изменился и подход к объединению людей в списки. Стали преобладать не столько национальные, сколько социальные интересы. В названиях списков исчезает слово "еврейский", хотя фамилии в них только еврейские. Для примера назову несколько предвыборных списков, названия которых очень выразительны. 

Союз домохозяев и Союз квартиронанимателей 

Еврейские мелкие торговцы Базарной площади 

Объединённый список мелких домохозяев, торговцев и ремесленников 

Беспартийная группа мелких владельцев 

Беспартийные граждане и Беспартийные демократы 

Сионисты и демократы никогда уже не шли на выборы вместе. Сионисты баллотировались от партии Цеирей-Цион или как Сионистский блок. Демократы - от партий Бунд и Идише Фолкспартей, а также как Еврейский левый блок.

К сожалению, демократическим начинаниям и надеждам 1920 года не суждена была долгая жизнь. 15 мая 1934 года Улманис провозгласил себя отцом нации, разогнал сейм и городские думы. После этого городской голова и члены управы уже не выбирались демократическим путём, а назначались сверху, городское самоуправление было фактически ликвидировано. 

Из истории Режицкой Думы. Часть 1.

Газета "Сегодня" от 3 февраля 1920 года 

Этот пост открывает серию заметок о работе Режицкой городской думы, хотя здесь речь пойдёт не столько о работе думы, сколько о времени, предшествующем её созданию - о первых шести месяцах латвийской Режицы. Режицкая Дума - очень значимый для меня объект исследований, именно с неё начались мои поиски в Латвийском историческом архиве, поскольку мой дедушка - Ефим Григорьевич Гродзинский - был первым её председателем. Из огромной массы просмотренных документов я собираюсь рассказать лишь о некоторых, показавшихся мне интересными. Не претендуя на полное воссоздание исторических событий, которое можно найти у профессиональных исследователей (В.Никонов "Резекне перед третьим пришествием", Каспар Стродс "По страницам истории городской думы" (Rēzeknes Vēstnesis, 27.02.2017)), я представляю лишь отдельные зарисовки, передающие дух того времени и чем-то меня зацепившие. 

Помимо архивных документов, как всегда, использую публикации из газет того времени. Многие издания сейчас доступны на сайте periodika.lv. 

21 января 1920 года в 8 часов утра большевики сдали Режицу почти без боя и она стала латвийской. При отступлении они вывезли всё, что можно было увезти, включая железнодорожный подвижной состав, пожарный обоз и аппараты с телефонных станций. Городское хозяйство было разрушено полностью. Никаких органов самоуправления в то время в городе не было, власть была в руках военного коменданта (какого именно я не разобралась, так как их было несколько: городской, уездный, да ещё и "начальник Латгалии". В первые же дни после освобождения комендант пригласил к себе наиболее уважаемых горожан - представителей от всех национальностей в количестве около 100 человек - для создания временной думы и управы. Собрание состоялось 28 января и на нём были выдвинуты  кандидаты во временную управу и думу. Эти органы действовали полгода до проведения муниципальных выборов, которые состоялись в июле 1920 года. За эти полгода сменилось три исполняющих обязанности городского головы (Болеслав Миглиниек, Франс Кемп и Иван Лайзан), обязанности председателя думы исполнял Илларион Колосов.  

Газеты того времени писали о тяжелейших условиях, в которых оказалась Режица после пяти лет войны и чехарды властей. 

"Больницы и приюты остались без продовольствия и медикаментов, школьная жизнь разрушена полностью".  

"В особенно печальном положении находится дело пропитания детей, для которых необходимо устроить питательные пункты. Для питания около 600 детей железнодорожников организованы и функционируют 2 детские кухни – на Виндавской и Варшавской станциях". 

Газета "Сегодня" от 30 января 1920 года 

 Виндавская станция - это Резекне 2, Варшавская - Резекне 1.

Архивные документы описывают ту же картину опустошения. Приведу отрывки из докладной записки временной режицкой городской управы областному начальнику Латгалии. 

"Временная Городская Управа, приступив к управлению городским хозяйством после ухода большевиков, нашла все городские учреждения в полном разрушении и при отсутствии каких-либо денежных средств и запасов продовольствия, топлива и осветительных материалов.

Население города, в среднем 25 000 жителей, в большинстве разорено, и рабочий, и ремесленный класс остался без заработков. Бывшие служащие большевицких учреждений, а также рабочие на свои сбережения в советских и керенских деньгах ничего не могут купить так как эти денежные знаки официально изъяты из обращения, латвийских же и царских денег у беднейшего населения совершенно не имеется.

Все частные организации, благотворительные общества и кооперативы разрушены и прекратили своё существование.

Вся общественная жизнь города и хозяйства должна восстанавливаться почти заново. К довершению печального состояния города в нём свирепствует сыпной тиф и натуральная оспа". 

Записка написана от руки и сам вид этого документа красноречиво свидетельствует об ужасающей нищете.  

Докладная записка Областному Начальнику Латгалии. ЛГИА. Фонд 3806-1, дело 217. 

Интересно, что в газете численность населения указана 13 тысяч, а в докладной записке - 25 тысяч. 

Важным событием весны 1920 года были выборы в Учредительное собрание (Satversmes sapulce). Выборы проходили по новым правилам, которые были разработаны Народным Советом Латвии в 1919 году и были значительно демократичнее действовавших до того. Избирательное право имели граждане Латвии всех национальностей и обоего пола (ранее только мужчины), достигшие 21 года (раньше 25 лет) и проживающие в городе 8 недель или же жившие тут до 1 июля 1914 года. Выборы были прямыми, и не было имущественного ценза. 

Проведение выборов требовало произвести паспортизацию граждан Латвии. Для паспортов нужны были фотографии, и тут возникла коллизия с местными фотографами. Они назначили цену по 15 рублей за 2 карточки, что для населения было непосильно. Самыми популярными режицкими фотографами были Ицик Тоубкин и Цаль Грейсман, у обоих фотоателье находились на Большой Николаевской улице. Вопрос о стоимости фотографий рассматривался на заседании думы (временной), которая установила цену 10 рублей за 2 карточки. 

"Если же местные фотографы на эту цену не согласятся, Управе вызвать посредством объявления в газете фотографов из Риги  для исполнения фотографических работ для представления при получении паспортов". 

О том, как разрешилась эта ситуация, вызывали ли фотографов из Риги или режицкие согласились на более низкую цену, я не знаю. 

Вот как выглядели первые латвийские паспорта. Приведу для примера три документа. Все трое владельцев этих паспортов были учителями Режицкой Еврейской гимназии, и я не могу не сказать несколько слов о каждом.  

Паспорт 1920 года Владимира Долина. 

Владимир Львович Долин, 1899 года рождения. В Режицкой Еврейской гимназии работал с 1931 по 1935 год, преподавал латынь и русский язык. Жили Долины на Калпака 16 и были соседями и друзьями Гродзинских.  

 

Паспорт Израеля Мюлера, выданный в 1919 году в Риге. 

Израель Абрамович Мюлер, 1903 года рождения. При получении этого паспорта ему было 17 лет, он был школьником. В Режицкой Еврейской гимназии работал с 1932 - 1940 год. Преподавал биологию, идиш, еврейскую историю. С марта 1936 года, после ухода Абрама Бару, исполнял обязанности директора гимназии. 

Паспорт, выданный Георгию Манжосу в 1923 году. 

Георгий Николаевич Манжос выделялся среди коллег своим происхождением - “из дворян” и возрастом - ему было почти 60 лет, когда он начал работать в Режице. Предмет, который он преподавал, назывался "русский язык", но на самом деле это была литература, и не только русская. У Манжоса был свой оригинальный подход к преподаванию литературы. Он стремился обогащать уроки театральными постановками. Думаю, что об этом неординарном учителе сделаю отдельный пост.

Погромы 1920 года

1920 год был первый мирный год, без войны и революций. Латвийская Республика была провозглашена 18 ноября 1918 года, но в это время продолжалась война, уже не Первая мировая, а за независимость Латвии, и одновременно существовало несколько правительств (Улманиса, Стучки, Ниедре). В январе 1920 года вся территория Латвии была освобождена и государство стало существовать де факто, Латвийская Республика появилась на карте Европы (де юре она была признана ещё через год, 26 января 1921-го). Режица стала “латвийской”. Жили ещё по законам Российской Империи и спешили создавать свои - прошли выборы в законодательный орган страны - Учредительное Собрание (Satversmes sapulce), готовились к выборам в городскую думу. Однако в июне мирная жизнь города вновь была нарушена – Режица содрогнулась от антисемитских эксцессов. 

Газета "Сегодня" № 127 от 10 июня 1920 года 

“В воскресенье, 6 июня, в 3 часа дня, весь город был взволнован происшедшими беспорядками. Были учинены бесчинства, выразившиеся в разгроме ряда магазинов по главной улице и всего базара, так что население города осталось положительно без всяких съестных припасов. 

Погром привлёк низы городского населения, причём началось немилосердное расхищение товаров. Особенную энергию проявили женщины, принявшиеся растаскивать имеющиеся на рынке товары. 

На главной улице пострадали магазины: бакалейная торговля Лоткина, кожевенная Фалькова, часовые магазины Реттова, Таубина и другие, разбито много витрин. Во многих магазинах громилы разграбили кассы. Разграблены также квартиры наиболее зажиточных евреев: заводчика Гельда, мельника Луфта, торговца Лоца и др., причём многие из них подверглись сильному избиению. Масса случаев нападения на отдельных лиц, избиений и ограблений на улицах".   

Фамилии Реттов и Таубин возможно написаны неточно. Таубин - быть может, это известный режицкий фотограф Ицик Таубкин. 

В понедельник 7 июня Городская дума собралась на экстренное заседание. На повестке дня был один вопрос: “как реагировать городскому самоуправлению на вчерашние выступления солдатской массы против городского населения, преимущественно еврейского, и какие должны быть приняты меры для избежания повторения вчерашних эксцессов”. С эмоциональной речью выступил гласный Плинер, он сказал, что «такого несчастья, как вчерашний случай массового грабежа и насилия наш город не знал ни в самые тёмные времена царизма, ни во время большевистского режима». Была отправлена телеграмма председателю Учредительного Собрания господину Чаксте с просьбой оказать защиту городу. Гласный Гродзинский предложил незамедлительно организовать городскую самоохрану, которую можно создать на основе уже существующего Пожарного общества, произвести регистрацию пострадавших, а также учредить при городской управе постоянное дежурство, куда население могло бы обращаться за помощью, как только понадобится. 

Для выяснения ситуации в Режицу из Риги приехали члены еврейской фракции Учредительного Собрания Леопольд Фишман и Исаак Берз. Социал-демократ Берз, вернувшись из поездки, заявил, что события должны быть квалифицированы как погром, так как имелись все признаки такового: “не только грабили, но и уничтожали то, что не поддавалось грабежу, разбивали зеркала, стёкла”. Господин Берз высказал также мысль, что погром был безусловно организован, так как “начался одновременно в трёх местах и молодцы все были вооружены новоприготовленными палками”. День не был базарным, однако в город понаехали из деревень бабы с пустыми корзинками и мешками - знали, что можно будет пограбить. 

Газета “Сегодня” № 134 от 18 июня 1920 года 

Через десять дней события повторились - бушевавшая толпа разгромила несколько еврейских лавок (Йоффе, Вольфсона и Гордина), квартир, а также каменную синагогу. Несколько евреев было избито на улицах города. 

«Не успела ещё Режица забыть события, происшедшие в начале месяца, как 17 июня вновь группой громил были учинены бесчинства; разграблена среди белого дня на ул. Свободы кожевенная торговля Йоффе, ограблены в центре города квартиры: заготовщика обуви Серебро, причём сам он был избит и, спасаясь, выпрыгнул в окно, и лавочницы Найшуль, у которой громилы, чуть ли не вместе с пальцами, сорвали с руки обручальное кольцо. Вечером того же дня громилы, в количестве 30-40 человек, забрались в каменную синагогу, находящуюся в районе базара, где, пригрозив сторожу, взломали железный денежный ящик и, похитив деньги, медные подсвечники и прочую более ценную утварь, спокойно удалились». (Газета “Сегодня”, 22.06.1920). 

Настроение в городе было подавленное, люди боялись выходить на улицу. 

“При малейшем уличном скандале возникает паника и все лавки тотчас же закрываются. В 9 часов вечера в городе уже не встретишь ни души. Не видно обычно гуляющей по вечерам публики в городском саду, спектакли в местном общественном собрании частной публикой почти не посещаются”, - писала газета “Сегодня”. 

В общей сложности в Режице пострадало 92 человека, получили увечья несколько десятков, убитых не было. Было разгромлено 27 еврейских лавок и 5 квартир. (Сведения из Российской Еврейской Энциклопедии и газет).

Городская Управа назначила комиссию для оценки убытков, нанесённых гражданам, они составляли несколько сот тысяч рублей. Компенсация такой суммы для города была непосильна. 

Режицкая Еврейская община отправила своих представителей в Ригу, “чтобы ходатайствовать о принятии мер для восстановления нормальной жизни в Режице”. Этими представителями были Ефим Гродзинский, Мойше Мантейфель и Кусиель Калманович, в Риге к ним присоединился депутат Учредительного Собрания Фишман. Делегация была принята министром-президентом Карлом Улманисом 21 июня в 2 часа дня. В беседе с министром-президентом был затронут и вопрос о возмещении убытков пострадавшим. Господин Улманис заявил, что “правительство, в интересах Латвии, борется с подобными явлениями, которые не должны иметь место в свободной Латвии. Будет произведено строжайшее расследование как самих явлений, так и причин, которыми они вызваны”. 

 

Можно ли называть события в Режице летом 1920 года погромом, мнения историков расходятся. Безусловно, они не были столь кровавыми, как погромы в России в начале века, но в Режице, да и во всей Латвии, погромов до этого не было, события были чрезвычайными. 

Я пишу эти строки в июне 2020 года, события происходили ровно 100 лет назад.