Заметки о еврейской Режице: история Латвии

Показаны сообщения с ярлыком история Латвии. Показать все сообщения

Семья доктора Гродзинского. Часть 2.

Виктор. Студенческие годы.

Большинство друзей моего отца Виктора Гродзинского, которых я знала в детстве, в юности были левонастроенные. Это были бывшие подпольщики, члены прокоммунистических организаций, таких как МОПР (Международная организация помощи борцам революции), комсомол (Коммунистический союз молодёжи) и “Sarkanā Palīdzība” (Красная помощь). Среди них были Борух Беркович, Соломон Гиллер (создатель противоракового фторофура, директор Латвийского Института органического синтеза), Исак Брод, Вульф Альперович, Язеп (Джо) Эйдус (учёный физик, за свою преданность коммунистическим идеям отсидевший сначала в ульмановских лагерях, а потом в сталинских), Люба Футлик. Мне кажется, членами компартии до 1940 года были немногие из них, но все они искренне верили в коммунистические идеалы, в возможность создания общества без разделения на классы, без эксплуатации бедных богатыми, без национального неравенства (интернационализм).

Виктор Гродзинский - студент химического факультета Латвийского университета.

"Ķīmikums", бульвар Кронвальда 4 (в парке около канала).
Химический факультет ЛУ находился в этом здании до 2015 года.

В 1925 году Виктор поступил в Латвийский университет и переехал в Ригу. Здесь он познакомился с молодыми людьми, связанными с революционным подпольем. Одним из них был Борух (Бойка) Беркович, впоследствии женившийся на сестре Виктора Вере. Бойка был на год моложе Виктора, однако оказал большое влияние на формирование его взглядов. В университете Виктор стал членом двух студенческих организаций, примыкавших к компартии, - Еврейского Академического союза и Darba studentu biedrība (Общество Трудовых студентов).

В недавно созданном Латвийском университете укоренилась традиция, пришедшая из Европы, - студенческие братства - корпорации. Деятельность корпораций регулировал Конвент. Корпорации создавались по землячествам, национальностям и по интересам. Немало корпораций было открыто антисемитскими, как например, "Перконкрустс". Помимо 23-х корпораций было ещё 69 других студенческих объединений, в том числе еврейских не менее 13. Студентов-евреев в университете было около 10%. В Конвент их не допускали. Однако и внутри студенческого еврейства не было единства. Его и не могло, так как еврейские студенты представляли весь спектр еврейской общественной жизни: это и сионисты (правые - буржуазные, левые - “трудовые” и ревизионисты), и приверженцы социал-демократического Бунда, и беспартийные.. Еврейский Академический союз (Академсоюз, Акадсоюз) объединял студентов, придерживавшихся взглядов левее бундовских.

Академсоюз был создан в 1925 году, Виктор Гродзинский был одним из его основателей, а позже - председателем. В конце 1920-х годов в нём было около 120 членов. Свои задачи “академики” видели в пропаганде марксизма среди еврейской рабочей молодёжи (не только студенческой), которую вели на родном идише. Проводили собрания, диспуты, лекции. Один из вечеров был посвящён пятидесятилетию со дня смерти Карла Маркса, доклад под названием “Маркс живёт и побеждает” прочёл известный латвийский юрист Макс Шац-Анин (1885-1975). В 1953 году этот преданный марксист и борец с сионизмом был арестован как “безродный космополит”. Наверное, многим знакомо имя дочери Шац-Анина Руты Марьяш (1927-2016). В конце 1980-х годов она была одним из организаторов Латвийского общества еврейской культуры, членом Народного фронта Латвии, депутатом Сейма.

Сегодня уже почти забыт марксистский лозунг “Пролетарии всех стран, соединяйтесь!”, однако он владел умами огромной части человечества. Классовые интересы должны быть выше национальных - эту марксистскую идею отстаивали “академики” в горячих спорах с сионистами и бундовцами. Диспуты, порой, заканчивались потасовками и драками.

Как я сказала вначале, одновременно с Еврейским Академсоюзом Виктор был членом Общества трудовых студентов Darba studentu biedrība, которое объединяло студентов разных национальностей - выходцев из рабочей среды.

Здание на улице Меркеля 1, где в своё время была штаб-квартира Общества Darba studenti

Академсоюз и Darba studenti были легальными организациями, но находились под пристальным вниманием Политуправления (охранки), так как их связь с Латвийской компартией (ЛКП) ни для кого не была секретом. Что представляла из себя ЛКП, была ли она влиятельной силой и какое место занимала в палитре политических сил Латвии? Образовалась ЛКП в 1919 году из большевистского крыла Социал-демократии Латвии. Партия не была многочисленной, число её членов колебалось от 700 до 1200. Евреев в её руководстве не было, да и среди рядовых членов их было не так уж много. Компартия была нелегальной, так как она своей целью ставила смену государственного строя. Поддерживали коммунистов малоимущие слои общества, в том числе и беднейшие евреи. Однако уже в 20-е годы сформировалось течение коммунистически настроенной еврейской интеллигенции. Это была молодёжь с юношеским максимализмом неприемлющая социальную несправедливость. Надо сказать, что среди них были и дети из состоятельных семей. Немаловажную роль имела и постепенно усиливавшаяся дискриминация евреев, которых планомерно отторгали от государственной службы. В 1930 году в государственных учреждениях работало только 25 евреев, и это включая Еврейский отдел при Министерстве просвещения (Б.Волкович).

Уже в студенческие годы Виктор начал работать в Рижском горкоме МОПРа и в ученических кружках при ЦК комсомола как пропагандист. В отличие от Академсоюза и Darba studenti эти организации были подпольными, нелегальными. Деятельность революционного подполья в 30-е годы заключалась в распространении идей - изучении марксизма-ленинизма, проведении “летучих митингов” и первомайских демонстраций, вывешивании красных флагов и лозунгов с революционными призывами “Долой!” и “Да здравствует!”. Распространяли листовки и газеты, которые печатали в подпольных типографиях. Ни о каком терроризме или подготовке к восстанию речи не шло.

Международная организация помощи борцам революции была создана в 1922 году Коминтерном. В то время ещё верили в скорую победу мировой революции и МОПР был создан для укрепления этой идеи - необходимо было оказывать денежную и материальную помощь осуждённым революционерам и их семьям во всех странах мира. К 1932 году число членов МОПРа во всём мире достигло 14 миллионов человек, из которых 10 миллионов были гражданами СССР, членство было "добровольно-принудительным".

Марка об уплате членского взноса МОПР.

Помимо членских взносов средства с населения собирались и в виде пожертвований. У нас дома сохранился документ, свидетельствующий о таком пожертвовании. Мои дедушка и бабушка (по маме) пожертвовали свои золотые обручальные кольца. Это происходило во Владивостоке в 1924 году.

Расписка МОПРа, выданная моему дедушке и бабушке.

Принято пожертвование в пользу МОПРа от члена РКП Вакулюка Платона и гражданки Вакулюк Пелагеи два золотых обручальных кольца.

Рассказ о революционной и общественной деятельности моего отца как-то отодвинул на второй план главное - учёбу. Между тем, в 1933 году Виктор Гродзинский окончил университет на отлично со званием инженера-химика. При этом учился он, фактически, на двух факультетах - помимо химии, посещал лекции по математике.

Студенческая (зачётная) книжка Виктора Гродзинского.
Отметка "ļoti sekmigi" - "очень успешно" в ней преобладает.

Рассказ об Академсоюзе хочется дополнить событиями, происшедшими уже в советское время, когда несколько членов Акадсоюза подверглись репрессиям. Абсурдность ситуации заключалась в том, что их обвинили в еврейском буржуазном национализме, то есть именно в том, с чем они боролись. Это произошло в 1961 году, время было уже не сталинское, когда за такое расстреливали, но многие из обвиняемых не смогли оправиться от этого удара до конца жизни. “Делом” сначала занимался КГБ, а потом ЦК Компартии Латвии. Двое участников были исключены из партии, что тогда автоматически означало увольнение с работы. Пострадал и мой отец Виктор Гродзинский, в то время главный инженер химфармзавода № 6 (будущего Кальцекса). По стечению обстоятельств, незадолго до того он был представлен к высокой правительственной награде (ордену) за заслуги в создании и развитии химико-фармацевтической промышленности Латвии. После многочисленных допросов и унизительной “проработки” на партсобрании ему был вынесен партийный выговор. Ордена, конечно, не дали. Подробно описал “дело 1961 года” сын одного из членов Акадсоюза Ивар Брод.

А вот в 1970-е годы ветер подул с другой стороны. В архиве моего отца сохранился список членов Академсоюза, погибших на войне и во время культа личности. Он составил этот список по запросу Института истории АН ЛССР. Список, безусловно, неполный, так как институт интересовали лишь те, кто был членом КПСС до войны, кроме того отец составлял его по памяти в 1974 году. В списке 21 человек, из которых 12 погибли на фронте, 5 - во время культа личности, 3 - в Испании, 1 - застрелен политохранкой.

Список членов Еврейского Академического союза,
погибших на войне и во время культа личности.

Плакхин Гирш Израйлевич - замполитрука в 92 Стрелковом полку, погиб на фронте.
Натансон Гари - погиб на фронте.
Решин Хаим - погиб на фронте.
Шур Абрам - архитектор, погиб от ран, полученных на фронте.
Гуревич Саул - погиб на фронте.
Зильберман Залман - погиб под Нарофоминском.
Сегаль Яков Самуйлович - прокурор в Вентспилсе, погиб в Латышском стрелковом батальоне.
Секунда Абраам - погиб на фронте.
Цейтель Лейб - погиб на фронте.
Фридман Евгений - погиб на фронте.
Бах - погиб на фронте.
Крамер Менде - погиб во время культа личности.
Генкин Борис - погиб во время культа личности.
Хазан Лейб Давидович - погиб на фронте.
Цейтель Борис - погиб в Интернациональной бригаде в Испании.
Шварц Михаил - погиб в Интернациональной бригаде в Испании.
Гуревич Хаче - погиб в годы культа личности.
Донхин - погиб в Интернациональной бригаде в Испании.
Эйдус Бено - убит политохранкой.
Гинсбург Лема - погиб во время культа личности.
Фридман Зорех - погиб во время культа личности.

Закончить этот пост мне хочется словами Артура Жвинклиса из книги “Евреи и Советская власть”.

“Нельзя судить об этих людях с позиций современного исторического опыта. Они не понимали, с каким режимом и с какими идеями они связались. В те годы ещё не прокатилась волна сталинских репрессий и многие искренне верили в миролюбие Советского Союза и его заботу о пролетариях всех стран. Мрачное будущее никто не мог предвидеть. Разочарование наступило позднее”.

Этот пост я написала, опираясь на архив моего отца Виктора Гродзинского, а также работы Бориса Волковича - статью “Еврейские студенческие организации в Латвии” и книгу “Сионистское движение в Латвии (1918 - 1940)”. Окунуться в революционную юность того поколения мне помогла книга Язепа Эйдуса “Прошедшее. Взгляд в прошлое и переоценка”.

Двинское шоссе

Мне хочется прогуляться по Двинскому шоссе - улице, на которой жила семья моего деда доктора Гродзинского, здесь вырос мой отец Виктор Гродзинский.

Двинское шоссе исчезло, став частью Atbrīvošanas aleja - аллеи Освобождения. Новое, не совсем понятное название (о каком освобождении идёт речь, кого и от кого?) обезличило две улицы с географически обоснованными названиями: Двинское и Петербургское шоссе. Эти два шоссе расходились как два луча от центра города: одно на юг, в сторону Двинска, а другое - на север, на Петербург.

Название улицы несколько раз менялось и до того, как появилась Atbrīvošanas aleja, она была улицей Калпака, Октябрьской и Ленина (Ilmārs Pilinieks "Rēzekne: pilsēta un tās vietu vārdi").

Сильно изменился за более чем сто лет и облик улицы. Многие дома были разрушены во время войны, другие обветшали и развалились от времени, появились и новые строения, булыжник сменился асфальтом.

Я расскажу о нескольких домах старого Двинского шоссе, которые я обозначила на современной карте Резекне красными цифрами:

кинотеатр “Диана”;
школа Талмуд-Торы и богадельня;
дом, где жили Гродзинские;
Режицкая бесплатная амбулатория.

Двинское шоссе начиналось от перекрёстка с Большой Люцинской улицей (сегодняшняя Латгалес), соответственно и нумерация домов тогда велась от центра города, в отличии от современной, которая идёт в противоположном направлении. В начале ХХ века на перекрёстке этих двух улиц находился кинотеатр “Диана” (на карте - цифра 1).

Кинотеатр "Дiана" на Двинском шоссе. Название можно увидеть на торце код крышей.

Это неприметное, не поражающее архитектурой здание вошло, однако, в историю. В 1917 году здесь проходил судьбоносный Латгальский конгресс, на котором было провозглашено единство курляндских и витебских латышей, что впоследствии привело к созданию Латвии в её нынешних границах.

Здание кинотеатра не сохранилось, на его месте в 2018 году поставили памятник “Латгальскому конгрессу - 100”.

Памятник "Латгальскому конгрессу - 100"

Вторую остановку сделаем приблизительно через пятьсот метров (на карте - 2). Здесь под номером 10/12 находился дом (возможно это были два дома), который принадлежал Еврейской общине. В этом доме была школа Талмуд-Торы и богадельня (приют). Здесь же в 1921 году начинала свою работу и Режицкая Еврейская правительственная гимназия. Это здание не сохранилось. Также как не сохранился и дом под номером 20, в котором располагалась Режицкая бесплатная амбулатория (на карте - 4).

А вот два дома, находившиеся между ними, стоят и сегодня (на карте - 3). В одном из них, по адресу Двинское шоссе 16/18, снимал квартиру доктор Гродзинский. Сегодня это Atbrīvošanas aleja 25 и 27.

В те времена нумерации домов большого значения не придавали, на доме номер не вывешивали, адреса были простыми - дом Сурмонина, дом Формакова, Ривоша и т.д. В нашем семейном альбоме есть фотография, на обратной стороне которой приклеена квитанция с адресом Гродзинских: “Режица Витебской губернии. Д-ру Е.Г.Гродзинскому”.

Квитанция с адресом Гродзинских

Дома 16 и 18 по Двинскому шоссе принадлежали домовладельцу Давиду Тагеру, а потом его наследникам. Это деревянные одноэтажные постройки, объединённые общим двором, который спускается к озеру. Дома, конечно, сильно изменились как снаружи, так и внутри, за сто лет их неоднократно перестраивали. В 1970 году, когда мы впервые приехали в Резекне с папой, он не захотел заходить внутрь - из-за перестроек их квартиры не существовало, здесь была чужая жизнь, люди, которые здесь жили, приехали в Резекне после войны, они даже не могли знать о жившем здесь когда-то докторе Гродзинском. Помнила о нём лишь одна старушка, жившая в соседнем доме, Анфиса Зиновьевна Синицина. Староверы Синицины были почитаемым в Режице семейством, в городе есть улица Ивана Синицина.

Современный вид домов Тагера. 2012 год

Согласно домовым книгам, семья доктора Гродзинского занимала самую большую квартиру из шести комнат с кухней, арендная плата составляла 50 лат в месяц (ЛГИА Ф. 3806-1 д.1783). К тому времени и семья состояла из семи человек, включая трёх детей, а также дедушку и бабушку - родителей Ефима.

Семья доктора Гродзинского в 1915 году: родители Ефима - Гирш и Дина Гродзинские, супруга Татьяна Эммануиловна, держит на коленях дочь Веру, сын Виктор. Младшей дочери Шуры ещё нет, она родилась в 1917 году.

На веранде находился кабинет доктора. Бывали дни, когда вся квартира наполнялась детским гомоном, - Больничная касса латвийских учителей, доверенным врачом которой был доктор Гродзинский, проводила здесь профилактические осмотры детей. “Все участники осмотров хорошо помнят ту торжественность и праздничное настроение, которые царили в доме доктора Хаима Гродзинского в дни осмотров детей”, - вспоминал режицкий врач Карл Адамсон (1884 - 1958), они вместе работали в Больничной кассе. В память о своём коллеге доктор Адамсон написал статью “Dr. Chaims Grodzinskis” в печатном органе Больничной кассы Nākotnes Spēks, № 4 (01.04.1934).

А бывало время, когда веранда превращалась в учительскую и здесь проходили педсоветы. Это когда Ефим Григорьевич был заведующим Режицкой Еврейской гимназией.

Работая в архиве, я делала выписки об интересующих меня людях, свои рабочие записи сгруппировала в две таблички. В них есть люди, жившие и на других улицах, но я не стала их убирать, так как эти фамилии известны всем потомкам режичан - Таубкины, Тыняновы. Писала на двух языках, надеюсь, что те, кому это интересно, поймут.

Среди жильцов, проживавших в доме № 16, есть фамилии двух учителей Еврейской гимназии. Залман Ханутин (1901 - 1966) работал в гимназии с 1924 - 1934 год, преподавал на идиш математику, физику, химию, космографию. Владимир Долин (1899 - 1941) был учителем Режицкой Еврейской гимназии в начале 30-х годов. Он преподавал латынь и русский язык. Об этих людях я расскажу подробнее в следующих постах.

Шимон Дубнов и его теория автономизма

С.М.Дубнов в 1936 году в Риге, в Межапарке. Фото из Википедии.

Думаю, что сегодня о теории автономизма мало кто знает, возможно, лишь историки, тогда как в своё время она была достаточно популярна. Началось всё в конце XIX века, когда в еврейских местечках стал зарождаться и расти протест. Протест против нищеты и бесправия евреев в царской России, а также против ограниченного мира еврейских кагалов, замкнутого в строгие религиозные рамки. Это была новая эра в жизни русского еврейства. Вольнодумцы стали отказываться от застарелого традиционного уклада. Однако будущее своего народа они видели по-разному. Одни считали, что для сохранения нации надо создавать своё государство - это были первые сионисты. Многие евреи считали, что будущего у народа вообще нет - нация неизбежно растворится в диаспоре (странах проживания). Это были ассимиляторы. Кроме этих двух течений существовало и третье - теория автономизма. Автономисты считали, что народ может и должен продолжать жить в диаспоре, сохранив и укрепив культурную автономию.

Автором теории автономизма был Семён (Шимон) Маркович Дубнов (1860 - 1941). Не путать с раввином Мордехаем Дубиным - латвийским политиком, лидером ортодоксальной религиозной партии Агуддат Исраэль. Шимон Дубнов - историк, автор десятитомной “Всеобщей истории евреев”. Как историка его знают и почитают, его именем названа еврейская школа в Риге, а вот о его теории автономизма упоминается редко. Но С.М.Дубнов помимо того, что был историком, был активным участником событий своего времени, талантливым публицистом, литературным критиком и педагогом. Его статьи и пламенные речи на собраниях и митингах оказывали большое влияние на российское еврейство. Его жизнь была неотделима от целой эпохи в истории русского еврейства, начиная с 80-х годов XIX века и вплоть до 1941 года.

О Шимоне Дубнове (некоторые факты биографии)

Надо сказать, что меня увлекло как учение Дубнова, так и его личность, и прежде чем рассказывать об автономизме, мне хочется остановиться на нескольких моментах его жизни, которые меня поразили. Они взяты не из “сухих” энциклопедий, а из книги его дочери Софии Дубновой-Эрлих “Жизнь и творчество С.М.Дубнова”, изданной в 1950 году в Нью-Йорке. Все цитаты в тексте из этой книги, в том числе и высказывания самого Дубнова.

Будущий историк родился в небогатой семье в небольшом городке Мстиславле (нынешняя Беларусь). Родители, типичные еврейские труженики, были вечно заняты. Отец дома бывал редко, он был сплавщиком леса, на матери была многодетная семья да ещё и лавка. Главой семьи считался дед Бенцион - учёный талмудист, с которым Симон был духовно близок. Предполагалось, что внук, закончив хедер и иешиву, пойдёт по стопам деда. Однако изучение Талмуда вызывало у маленького Симона недоумение, которое со временем переросло в бунт. Вот как описывает учёбу в хедере сам Дубнов.

“Вот мы читаем в Мишне о споре между двумя школами законоведов. Спор идёт о том, можно ли есть яйцо, снесённое курицей в праздничный день . . . Об этом ведутся между учёными тончайшие прения, от которых вопрос ещё больше запутывается ... В голове у меня мутится от этого громким хором читаемого странного текста, от всех этих изворотов мысли и казуистических тонкостей, которые ребе вбивает в наши детские головы криками, жестикуляцией, бранью по адресу непонимающих, а подчас ударами ремешка по спине или рукам".

Ну а по ночам Симон читал светские (еретические) книги. Это была новоеврейская литература и журналы из Вильны и Одессы. “Родные с болью в сердце ощущали, что мальчик все дальше уходит от традиций, созданных чередой богобоязненных поколений”.

В 14 лет будущий историк вопреки воле родителей, и к великому огорчению деда Бенциона, поступил в Казённое Еврейское училище - “полугойскую” (гой - нееврей, иноверец) школу, а потом оказался уже в совсем нееврейском Уездном училище, так как еврейское закрыли. Учёба в этих заведениях дала Симону русский язык и открыла дорогу к сокровищам русской литературы. Овладев русским языком, он принялся самостоятельно по самоучителю изучать французский.

Это кажется невероятным, но учёный энциклопедист фактически не имел формального образования. После училища он предпринял несколько попыток учиться дальше, но в родном городе гимназии не было, а учёба и жизнь в других городах (Вильно, Двинск, Могилёв, Витебск) оказалась не по карману. Шимон решил прекратить погоню за аттестатом и учиться самостоятельно. Это не умаляло полученные знания, но лишало его возможности поступить в университет, а тем самым и вырваться из черты оседлости.

“Это решение обрекало меня на все бедствия бесправного еврея, не попавшего в разряд патентованной интеллигенции. Может быть, так и нужно было: чтоб еврейский писатель не пользовался привилегиями диплома, а страдал бы наравне со всяким массовым евреем".

Дубнову не давали вида на жительство в Петербурге, даже когда он стал достаточно известным публицистом.

Надежда на равноправие евреев, за которое так ратовал Дубнов, стала реальной в 1917 году - Временное правительство ликвидировало черту оседлости. Однако, когда власть перешла в руки большевиков и была установлена диктатура пролетариата, эта надежда рухнула. Историк предвидел кровавые последствия диктатуры. Он считал, что общество, построенное на отрицании общедемократических принципов, неизбежно рано или поздно придёт к возрождению крайних форм национализма, к государственному антисемитизму, и национальная еврейская жизнь в России будет уничтожена.

В 1922 году Дубнов уехал из Советской России, сначала он поселился в Ковно (Каунас), а потом в Берлине. В 1933 году, после прихода к власти Гитлера, переехал в Ригу. Он жил в уединении, на вилле в Межапарке. В 1941 году, после оккупации Риги фашистами, 80-летний учёный был отправлен в гетто. 8 декабря, во время второй “акции”, немощного старика вытащили из дома, чтобы вести в Румбулу (место массового расстрела евреев), но идти он не мог и его расстреляли здесь же в гетто.

“Жизнь народа была его жизнью; гибель огромных масс еврейства стала его гибелью. Летописец многих страшных дней своего народа последнюю, самую страшную страницу написал собственной кровью”.

О теории автономизма

Израильское царство было разрушено 2000 лет назад, евреи были изгнаны и рассеялись по многим странам, однако нация не исчезла. “История знает только один пример сохранения нации безземельной и рассеянной”. Дубнов видел будущее еврейского народа как продолжение его уникального прошлого. Что скрепляло разрозненную нацию в течение двух тысячелетий? Учёный пришёл к выводу, что это традиции, язык, религия, которые из поколения в поколение сохранялись в еврейских общинах. Всё это в совокупности Дубнов объединяет понятием “духовность”. Созданная историей духовная территория стала заменой несуществующей земельной. Общины создают как бы “миниатюрное еврейское государство в каждой стране”. Следовательно, и в дальнейшем следует укреплять культурную автономию еврейских общин в диаспоре. При этом он считал, что евреи должны активно участвовать в гражданской и политической жизни стран проживания. Защитой от ассимиляции должно стать национальное воспитание. Дубнов придавал большое значение созданию новых еврейских школ. Еврейских - по духу и целям воспитания, язык преподавания не столь важен, это может быть иврит, идиш или русский в зависимости от желания родителей. Важно, чтобы дети изучали еврейскую историю, литературу и древнееврейский язык.

Об отношении Дубнова к языкам хочется поговорить особо. Учёный защищал равноправие трёх языков. До 13 лет говоривший только на идиш, он писал свои труды на русском и отстаивал ценность русского языка, не умаляя роли каждого из еврейских. Точно так же в других странах для евреев стали своими языки этих стран. Сам же Дубнов был русским евреем, представителем той русско-еврейской интеллигенции, которая объединила в себе лучшие черты русской интеллигенции с верностью и преданностью еврейской культурной традиции.

Порой писатель задумывался - не пора ли начать писать по-древнееврейски. Когда же этот вопрос задавали ему друзья, то отшучивался: ”не так-то легко развестись с "иноземной" женой после того, как она народила целую кучу детей”.

К идишу Шимон Дубнов относился с особой нежностью и радовался его возрождению: “Жаргон, считавшийся пасынком культуры, из языка простонародья превратился в народный язык”. Как-то по заказу еврейского журнала он написал статью на идиш и был обрадован, что не забыл этот язык. “Во время писания какая-то теплая струя прилила к сердцу: маме-лошен (родной язык)”.

Отношение к сионизму

Во многих источниках можно прочитать, что Дубнов был противником сионизма. Судя по книге Софии Дубновой, это было не совсем так. Действительно, первоначально он воспринимал идею создания “новой Иудеи” скептически, считая её утопией. Впоследствии же его отношение изменилось - он допускал, и даже приветствовал, создание духовного центра на земле предков, полагая что это ни в коей мере не противоречит теории автономизма. Создание новой Иудеи не сможет решить еврейский вопрос, так как большинство народа останется жить в диаспоре. “Эрец-Исроэль может стать приютом лишь для части нации, диаспора останется со всей грозностью своих проблем”.

Учёный и сам мечтал совершить паломничество на землю предков, но только после того, как завершит свою миссию, закончит эпохальный труд по истории еврейского народа. Взволнованно писал он о Палестине: “И кто знает, не зачарует ли меня историческая родина, не прикуёт ли новый университет, не убаюкает ли песнь Иудеи истомлённого сына диаспоры?” Но осуществить эту мечту ему не удалось.

С.М.Дубнов был основателем и идеологом Идише Фолкспартей - Еврейской народной партии. Эта партия была создана после погромов 1905 года. К тому времени уже существовал Бунд - Еврейская социал-демократическая партия, которая также в какой-то мере придерживалась идеологии автономизма. Но приоритетом Бунда была борьба за права еврейского рабочего класса, а Фолкспартей на первый план выдвигала борьбу за национальные права. Дубнов считал, что “классовая борьба внутри еврейства несовместима с национальной”. Народ должен защищаться против общего врага, как единое целое. Иначе, завоевав гражданскую свободу, можно потерять национальную.

Фолкспартей уступала Бунду и по численности, и по популярности; после Февральской революции её влияние несколько укрепилось, но тем не менее она не выдержала конкуренции с Бундом, сионистами и ортодоксами. Деятельность Фолкспартей в России прекратилась после октябрьского переворота, в некоторых странах (Украине, Польше, странах Балтии) - она продолжалась до 1930-е годов.

В Латвии Идише Фолкспартей сосредоточила цвет еврейской интеллигенции, однако политически она была мало активна. А вот в Режице Фолкспартей имела вес - в городской думе 1920 года пять из пятнадцати еврейских гласных были от Фолкспартей.

Членами Идише Фолкспартей в Режице были Лейба Сильня, Гирш Эткин, Нахман Дименштейн, Бер Штыкан, Афроим Трифскин, Ефим Гродзинский, Йосиф Гроб, Хаим Давид Лифшиц, Мордух Озбанд.

Попытки осуществления идей Дубнова в Латвии

Можно сказать, что Латвийская республика в первые годы своего существования была плацдармом для осуществления идей Дубнова. Евреи, как и другие нацменьшинства, получили культурную автономию. В Латвии действовало множество еврейских партий самого различного толка, во всех городах были синагоги, открывались еврейские школы, шли спектакли на идиш в Еврейском театре, была Еврейская консерватория, выходили газеты на идиш. В 1920 году в Риге состоялась конференция с участием всех еврейских общин Латвии - Еврейская конференция помощи.

Забурлила еврейская жизнь и в Режице - в январе 1920 года был создан организационный комитет по устройству Еврейской общины, в марте 1921 года начала свою работу Режицкая Государственная Еврейская гимназия, чуть позже ещё одна основная школа.

Мой дед - доктор Гродзинский был явным приверженцем теории автономизма. В 1920 году он был председателем организационного комитета по устройству Еврейской общины в Режице, представлял город на Еврейской конференции помощи и был вице-председателем Центрального комитета еврейских общин Латвии. Он же был одним из основателей и первым директором Режицкой Еврейской гимназии.

К сожалению, после улмановского переворота 1934 года права евреев Латвии были крайне урезаны, партии запрещены, культурная автономия постепенно усекалась.

В заключение признаюсь, что написала эту “оду” Дубнову, потому что мне жаль, что его учение забыто. Мне грустно от того, что исчезла с лица земли далёкая еврейская Режица и даже не столь далёкая еврейская Рига моего детства. Мне жаль, что из жизни уходят последние представители русско-еврейской культуры. Мне жаль Латвию, в культурном ожерелье которой потускнела одна из жемчужин.

Пожарный обоз в 1920 году. Бер Черфас

Пожарный обоз - термин для нас непривычный, но вполне понятный. В начале ХХ века, когда ещё не было пожарных машин, основной тягловой силой в борьбе с пожарами была лошадь. В больших городах это была четвёрка лошадей, в маленьких - одна лошадка. В интернете я нашла такое описание выезда на пожар.

Выезд пожарной команды на пожар был эффектным и зрелищным. Под тревожный звук сигнальной трубы, разгоняющий прохожих, пожарный обоз, во главе с брандмейстером, восседавшим верхом на коне, на полном галопе, вырываясь из депо, мчался по булыжным мостовым. Стремительная вереница повозок, впереди которой неслась четверка передового хода, подгоняемая арьергардом, катила под грохот снаряжения и цокот копыт.

Одноконный бочечный ход (реконструкция). Фото с сайта fire-truck.ru

Режицкое вольно-пожарное общество в начале века было гордостью города. Депо находилось на улице Пожарной, а вернее, улица получила название благодаря пожарному депо с возвышающейся над ним пожарной каланчой, игравшему немаловажную роль в жизни города.

Режица. Депо вольно-пожарного общества. Фото из фейсбука.

А вот что писал о Режицком вольно-пожарном обществе составитель “Буклета-справочника” И.О.Венедиктов в 1911 году.

“Гордостью деревянного города была городская земская пожарная команда со своим оркестром, игравшая в городском парке у церкви по праздникам, и вольно-пожарное общество”.

Разительным контрастом выглядит положение общества через девять лет. В 1920 году пожарная команда осталась безлошадной и влачила жалкое существование. Большевики, отступая, уехали из города на пожарных лошадях, которых на тот момент было шесть, а заодно прихватили и оборудование. Лошадей приходилось брать у военных и у жителей города. “Жители города, владевшие лошадьми, при ударе в набат должны были являться к пожарному депо с лошадьми, сбруей и дугой”. Лошадки эти не отличались лихостью, выезд на пожар был далеко не таким бравым, как это описано выше.

Печальная картина того, что творилось на пожарах и в каких условиях приходилось работать пожарной команде, воссоздаётся из протоколов заседаний думы. Приведу несколько выдержек из протоколов 1920 года.

“В последнем пожаре в ночь с 19 на 20 сего сентября пожарные за неимением порядочных лошадей не могли поспеть скоро к пожару, едва притащив инструменты, и поэтому частная публика и солдаты, собравшись в большой массе, напали на пожарных, многих избили, стреляли из винтовок, причинив некоторым поранения, правда несерьёзные”.

“Пожарное общество может закрыться, если не будет обеспечена безопасность пожарных дружинников. Критика деятельности пожарного общества, даже если бы она была верна, в данном случае совершенно неуместна и безусловно вредна, так как она может подбодрить насильников”.

“О положении пожарного общества. К недавнему пожару лошади из комендатуры были доставлены столь усталыми, что не могли везти бочек. Между тем общество слышит нарекания – и даже получает официальные порицания за несвоевременное прибытие на пожар. Вольнопожарное общество должно будет ликвидироваться, если не будут приняты экстренно надлежащие меры”.

Евреи Режицы принимали активное участие как в создании вольно-пожарного общества, так и в дальнейшей его работе. Учредителем общества в 1875 году был Эльях Шапиро. Начальником пожарной команды - брандмейстером, с 1892 года - дантист Бер Гецелевич Черфас.

Бер Гецелевич Черфас. Фотография из Альманаха 1939 года.

О Бере Черфасе мне известно очень мало. Родился он в Режице в 1874 году, то есть стал брандмейстером, когда ему было 18 лет. Года его смерти я не нашла, известно только, что в 1939 году, когда вышел Альманах, его уже не было в живых. В 1919 году он жил на улице Свободы 52 (в 1919 году так называлась Большая Люцинская, современный Латгальский проспект), в этом же доме жил провизор Д.Черфас (его брат?).

На сегодняшний день нет уже ни старого пожарного депо с каланчой, ни Пожарной улицы, с 1964 года это улица Юрия Тынянова.

Использованы материалы из следующих источников:

ЛГИА - ф.3806-1, дела № 87, 88, 242

Сайт fire-truck.ru

Книга В.В.Никонова “Резекне перед третьим пришествием”

History of Jewish Rezekne by Esther Rechtschafner

Здание Городской Управы

Здание Городской Управы в 1930-е годы

До Второй мировой войны это здание украшало центральную площадь города. Оно находилось на аллее Атбривошанас в том месте, где эта улица разделяется на два рукава, образуя посередине небольшой островок (сейчас на нём стоит памятник Мары). Оригинальное здание с башенкой по центру и двумя разновеликими крыльями - левое почти двухэтажное, а в правом только один этаж - имело интересную историю.

Это была почтовая станция, другое название - конная почта (zirgu pasts). Тут нельзя не вспомнить А.С.Пушкина и его станционного смотрителя - “Кто не проклинал станционных смотрителей, кто с ними не бранивался?”. Очертания старинных почтовых станций можно и сейчас разглядеть в некоторых придорожных постройках по всей территории бывшей Российской империи.

Наша станция была построена в 1836 году на тракте Санкт-Петербург - Варшава. В то время она находилась за пределами городка. Но так случилось, что в сороковые годы 19 века на этой станции останавливался сам император Николай I. Царь счёл целесообразным дальнейшее развитие города в этом направлении и пожертвовал капитал в 40 тысяч рублей для выдачи из него ссуд на возведение здесь построек. Так с высочайшего благоволения началась застройка местности по другую сторону от речки Режица, а со временем сюда переместился центр города и Петербургское шоссе стало его главной улицей, получившей название Большой Николаевской.

В латвийское время здание было перестроено, и с 1927 года оно стало домом городской управы. Помимо управы здесь находились кинотеатр, библиотека, городская амбулатория и музей. А с башни городской управы туристам предлагалось полюбоваться живописными видами города.

К сожалению, нам уже не дано полюбоваться этими видами, да и самим домом тоже, он был разрушен во время Второй мировой войны. На его месте построили современное здание Резекненской думы.

Современное здание Резекненской городской думы

Название улицы многократно менялось - это было и Петербургское шоссе, и Интернациональная улица, улица 1 Мая, улица Ленина.

Спасибо Илмару Пилиниеку за интересные подробности из истории здания и улицы.

Предвыборный список партии “Бунд” 1922 года

Список кандидатов в Режицкую городскую думу при выборах в сентябре 1922 года от
Еврейской социалистической рабочей партии “Бунд”.
ЛГИА фонд 3806-1, д.166.

Этот пожелтевший листок привлёк моё внимание, когда я усердно и увлечённо искала в архиве материалы, касающиеся моего дедушки Ефима Григорьевича Гродзинского. В то время я не предполагала, что мои интересы выйдут за пределы семьи и другие фамилии попадали в мои записи поскольку постольку. Так и этот документ заинтересовал меня не перечисленными в нём людьми, а потому что он был написан рукой моего деда - дорогая реликвия, и я его сфотографировала. Когда же стала писать о еврейской Режице, поняла, что список может быть интересен не только членам моей семьи, и я решила его опубликовать.

Несколько слов о том, что такое Бунд. Воспользуюсь трактовкой, которую даёт этой партии Борис Волкович в книге “Сионистское движение Латвии”. Бунд - партия марксистского толка, но его идеологи толковали марксизм с учётом специфического положения крайне бесправного и гонимого еврейского пролетариата и были в конфронтации с большевиками. Партия прочно стояла на позициях демократического социализма, отвергая большевистский тезис диктатуры пролетариата. Неприемлема для бундовцев была и ключевая идея сионизма - создание государства на земле отцов. Большевики обвиняли бундовцев в национализме, сионисты - в отходе от еврейских национальных интересов. Бундовцы же считали утопией как коммунизм, так и сионизм. Они полагали, что еврейский вопрос должен решаться не в подмандатной Палестине, а в стране проживания. Несмотря на то, что Бунд, как и другие левые партии Латвии, находился под подозрением, он был представлен как в Конституционном собрании (Satversmes sapulce), так и в Сейме. После улмановского переворота партия продолжала существовать, но уже нелегально. Бундовцы были ярыми сторонниками языка идиш.

Список, о котором идёт речь, был представлен в предвыборную комиссию в сентябре 1922 года, выборы состоялись 10 декабря 1922 года. Это были вторые думские выборы в Режице, предвыборных списков было 17, и в них был 481 кандидат. Список Бунда числился под № 5. К сожалению, я не отметила в своих записях, кто из кандидатов Бунда прошёл в состав думы.

Список интересен тем, что в нём указаны профессии и адреса. Я присоединила к этим данным немного дополнительной информации, то, что смогла найти.

Гродзинский Ефим Григорьевич, врач, Двинское шоссе № 16.  
Это мой дедушка и сведений о нём в этом блоге много. Здесь же только отмечу, что в дальнейшем Ефим Григорьевич вышел из Бунда и вступил в Фолкспартей, идеология которой была ещё более радикально демократической - эта партия отвергала классовую борьбу.

Голембо Йосиф (возможно Йосель) Менделев, портной, Волковская улица № 11.
 Родился в Режице 4 января 1884 года. Отец - Мендель Вульф, мать - Буним, жена - Сара Ривка (ур. Арьев). Дети: Мовша, Лейб (погиб в 1942 ок. Старой Русы), Хая.
Савлова Мириам Хацкелева, акушерка, Большая улица № 34.  
Убеждённая и верная Бунду участница, член правления Резекненского отделения партии. Продолжала работать в Бунде и тогда, когда партия ушла в подполье. В 1936 году фигурировала в секретном донесении охранки как неблагонадёжная (список членов Общества охраны Здоровья Евреев ОЗЕ). Родилась в Режице в 1892 году.
Каган Переч Абрамов, торговец, Малая Люцинская № 10.  
Родился в Режице 21 марта 1888 года. Холостой.
Донде Саул Борухов, торговец, Большая улица № 21.
Московский Хаим-Лейб Лейзеров, слесарь, Набережная № 8.   
Родился 29 декабря 1883 в Режице.
Копман Шефтель Лейбов, заготовщик, Малая Люцинская № 8.
Родился в Люцине в феврале 1887 года.
Шейбел Давид Авсеев, слесарь, Двинское шоссе № 1.
Левин Нохум Шлемов, торговец, Большая улица № 10.
Райхруд Борух Гаврило Нохом Йоселев.
Родился в Режице в 1856 году.
Сильня Израиль Рафалович, живописец, 1-ая Солдатская № 29.  
Родился в Режице в 1885 году.
Дымант Шмуил Ициков, маляр, Плекшинская № 20.  
Родился в Режице в 1882 году.
Серебро Завель Тевелев, заготовщик, Большая улица № 34.  
Родился в Режице 26 января 1892 года. Мать Хана. Жена Дина.
Рибояд Исаак Йоселев, живописец, Большая улица № 27.  
Родился в Риге 17 сентября 1887. Жена Сара Роха.

Для лучшей ориентации приведу современные названия упомянутых в списке улиц (справочник Илмара Пилиниекса "Rēzekne: pilsēta un tās vietu vārdi" ).

Двинское шоссе - южная часть современной Атбривошанас аллеи.
Волковская улица - часть улицы Дарзу (Садовой).
Большая улица - современная Латгалес (в разные годы называлась также Большая Люцинская, 15 Мая, 17 Июня).
Малая Люцинская - улица Лудзас.
1-ая Солдатская - современная Кулдигас.
Плекшинская - улица Андрея Упита.

Связанные посты:

Евреи в Режицкой думе. Первые выборы.

Первый год работы думы, демократия и Splendid Palace.

Девять портретов еврейских гласных

Резекненская Дума и Управа 1926 - 1929 г.г.
Фото из архива Латгальского культурно-исторического музея опубликовал Каспар Строд

Перед нами коллаж с портретами деятелей Режицкого самоуправления - думы и управы. Похоже, что фотография эта уникальная - единственная, на которой запечатлены члены городского самоуправления. Девять из них - еврейские гласные и члены управы. Мне бы хотелось рассказать о каждом, но сведений, которые я собрала по различным источникам, оказалось не так уж много. Возможно, что кто-то из читающих увидит здесь своих родных или знакомых, напишите о них в комментариях или мне лично. Это могут быть самые незначительные факты или штрихи, которые порой рассказывают о человеке больше, чем официальные сведения. Режичане (и не только), подключайтесь!

Ефим Гродзинский

Доктор Ефим Гродзинский (мой дед) был гласным Режицкой городской думы всё время её существования - с 1920 по 1934 год. В первую думу он баллотировался от Еврейского демократического блока, и был её первым председателем. Объединившиеся перед выборами демократы, сионисты и беспартийные очень скоро разругались, единства между этими группами не было, да и не могло быть. Когда Ефим Григорьевич почувствовал, что не может больше опираться на доверие всей общины, он попросил снять с себя обязанности председателя. Он продолжал оставаться гласным и, как правило, товарищем председателя. На вторых выборах в думу, в 1923 году, Гродзинский возглавлял список Еврейской социалистической рабочей партии Бунд, в последующие годы баллотировался от Идише Фолкспартей и Еврейского левого блока.

Ефим Григорьевич Гродзинский умер в марте 1934 года, за два месяца до того, как дума прекратила своё существование.

Мовша Кульман

Мовша Гиршевич Кульман в 1920 году баллотировался в думу от Еврейского демократического блока. В последующие годы он не примкнул ни к одной из групп - ни к сионистам, ни к демократам, ни к беспартийным - и шёл на выборы самостоятельно. Название его списка бывало разным - Беспартийный общественный деятель, Kuļmaņa saraksts (Список Кульмана).

"Беспартийный Общественный деятель"
Наш кандидат - Мовша Гиршев Кульман

Это кандидатский список к выборам в думу 1922 года. Из него мы узнаём, что в это время Мовше Гиршову Кульману было 52 года, он занимался торговлей и жил в доме № 3 по Сафоновской улице. Последний раз Кульман баллотировался в думу в 1929 году, тогда ему было уже 59 лет и жил он на улице Виенибас (Вокзальная) 16.

Мовша Кульман был, должно быть, очень уважаемым членом Еврейской общины. Он был её управляющим, и в 1921 году община хотела доверить ему ведение метрических книг, отказываясь выбирать общественного раввина. По приказу свыше раввин был-таки выбран.

Я попыталась узнать что-либо о дальнейшей судьбе М. Кульмана, но ничего не нашла. Похоже, что перед войной Кульманов в Резекне не было (судя по проекту “Евреи Латвии. Имена и судьбы” ).

Ицхак Плинер

Плинеров в Режице было очень много, и не все они были родственниками. В первой думе 1920 года был Бер Плинер, был ли он в родстве с Ицхаком я не знаю. Ицхак Плинер баллотировался в гласные в 1925 и 1929 году как беспартийный служащий (вошёл в состав думы только в 1925-м). Помимо того, в течение шести лет он был служащим городской управы - кассиром. В 1932 году И.Плинер был уволен за многочисленные недостачи, но в 1934 году Латгальский областной суд признал его невиновным.

Родился Ицхак Плинер в Режице в 1863 году. В 1928 году выезжал в СССР.

Загранпаспорт Ицхака Плинера, выданный в 1927 году.

Ицхака Плинера можно увидеть и ещё на одной групповой фотографии - в честь пятилетия Еврейской гимназии в 1926 году. Он сидит на почётном месте - в центре, рядом с директором гимназии Абрамом Бару. Очевидно, он был членом школьного совета, а возможно и возглавлял его какое-то время.

Соломон Лурье

Соломон Лурье был гласным думы с 1929 года. Беспартийный. Был предпринимателем, владел совместно с М. Эткиным обществом “Лурье и Эткин”.

Фото из Альманаха 1939 года.

Соломон Лурье - уроженец Режицы, родился в 1892 году, его отца звали Кальман Мовша. Жил по улице Сколас 10 - 2. В 1941 году Соломон Лурье был репрессирован, умер в Вятлаге в 1943 году.

Хаим Файнштейн

О Хаиме Файнштейне мне почти ничего не известно. Избирался в думу он в последние созывы, в конце 20-х годов. Занимался торговлей. Родился в Лудзе в 1885 году. Отец - Йосель Ноах, мать - Песя. Убит в 1941 году.

Кусиель Калманович

Лесоторговец Кусиель Калманович был лидером сионистского блока. В думу избирался во все годы её существования, был также и членом правления управы. Это, безусловно, была очень яркая и деятельная личность, его имя нередко встречается в газетах того времени, правда, многие из этих публикаций связаны с думскими скандалами (подкупы голосов, финансовые махинации, давление на инакомыслящих). Мне не хочется писать о скандалах, остановлюсь на других моментах его активной деятельности. Когда в Режице началась работа по созданию еврейской гимназии, К.Калманович был среди энтузиастов, что видно из телеграмм, которые он отправлял в Ригу.

4 марта 1921 года. “Два месяца общество ждёт. Дети на улицах. Культурная комиссия просит ускорить открытие гимназии. Сообщите телеграфно начало занятий, судьбу персонала, инвентаря, здания”.

7 марта 1921 года.“Случайно трёхместные парты. Шестьдесят мест. Десять тысяч. Сообщите купить”.

В “школьном споре” по открытию 2-ой основной школы Калманович рьяно отстаивал обучение на иврите.

В 1929 году Кусиелю Калмановичу было 47 лет и он проживал в доме № 74 по Латгальскому проспекту.

Давид Бер Кукля

Давид Кукля был гласным думы с 1926 года. Баллотировался от Еврейской социал-демократической партии Бунд, а в последующие годы - по своему списку “Общественный деятель Давид Кукля” и от “Еврейского левого блока”.

Мовша Магид

Мовша Магид был гласным думы начиная с 1920-го и до своей кончины в 1929 году, когда ему было 59 лет. Он был учителем, преподавал еврейскую историю и был последовательным поборником сионизма. Его, так же как Гродзинского и Плинера, можно видеть на фотографии в честь пятилетия Еврейской гимназии в 1926 году.

Йосиф Дридзе

Был избран в думу в 1926 году от народно-социалистической партии Цеирей-Цион. Фигурирует в секретном документе охранки - списке членов правления Общества Охраны Здоровья "ОЗЕ". Характеризуется как неблагонадёжный, левый. Родился в Режице в 1878 году, проживал в доме № 53 на Атбривошанас аллее. По данным охранки безработный, владелец деревянного дома.